Правила чужой игры [= Даром только смерть ] - Алексей Фомичев

– Думаете, заварушка – их рук дело?

– Как минимум они консультировали и спонсировали. Как максимум – работала их агентура.

– И что будет делать сенатор? Поедет на границу?

Дорич взглянул на меня, как на умалишенного. Насмешливо сказал:

– Даже если он и потеряет на пять минут рассудок, ему не позволят творить глупости.

– А что госбезопасность? Да и Управление…

– Ничего. Проводить полномасштабную операцию нет смысла, в деревне никого не найдем, уйдут до облавы.

– Пошлите «Волод», они сработают.

В этом мире аналогом наших «Альфы» и «Вымпела» была бригада «Волод» Управления специальных операций, состоящая из четырех отрядов. Два отряда специализировались на антитеррористических операциях: освобождение заложников на всех видах транспорта и на объектах. Два других выполняли задачи за пределами страны в качестве диверсионно‑разведывательных подразделений. Уровень их подготовки был довольно высок, несколько неудачных попыток захвата заложников доказали всем, что с «Володом» шутить нельзя. А когда в одной азиатской стране фанатики захватили посольство Ругии, спецы третьего отряда разметали боевиков в пух и прах. Ругия строго наказывала всех, кто смел напасть на ее граждан за пределами страны.

– Может быть. Но… они не знают обстановки здесь. Никто из «Волода» никогда не был в Зоне. Им нужно время на подготовку операции.

– А армейский спецназ?

– Не потянут… И тоже никогда не были здесь.

Я понял, куда клонил Дорич, но не мог сообразить, почему он хочет доверить дело какому‑то взводу полиции, в то время, когда под рукой отлично обученные люди. Не смерти же он нам желает!..

– Артур. Дело настолько… деликатное, что огласка может все испортить. Мы не можем трогать ни «Волод», ни спецназ. Любая переброска сил сюда, к Зоне, будет тут же зафиксирована агентурой врага. Под подозрением в работе на США и Ламакею не только чиновники, но и должностные лица Управления и Департамента. На аэродромах Мегара и Девянска есть соглядатаи мятежников и боевиков. Их вычислили, но в связи с последними событиями не стали трогать. Если спецы начнут работу… там поймут, что готовится операция. Тогда все старания насмарку. История с сенатором будет раздута до максимальных размеров. Его политической карьере может прийти конец. И поверь, это будет конец не только одного человека.

«Это полный звиздец! И шанс! Если мы сработаем как надо, у меня появится карт‑бланш на любые действия. Но…»

Калейдоскоп идей, догадок, версий завертел в голове цветную карусель. Мозги распухли от перегрузки. «Только бы не ошибиться… только бы не натворить дел…»

– Что надо сделать?

Дорич сидел молча, словно не слышал вопроса. Глаза смотрели в окно. Там, за стеклами, барабанил дождь, сверкала молния, лились с крыш целые потоки мутной воды.

– Нужен этот мудак. Живым и относительно невредимым. Надо перевезти его в столицу. Сенатор лично пустит ему пулю в лоб.

– А суд?

– Изнасилование и убийство! Чего еще?

Ах да! Я и забыл, что не в беспредельной России. Там можно средь бела дня положить десяток людей, ограбить пару банков и спокойно уйти. А купленный суд оправдает за отсутствием улик. Если вообще до суда дойдет.

– Значит, сенатор использует свое право кровной мести шлёпнет пойманного преступника, до которого раньше добралась полиция?

– Да.

Теперь я склонил голову – прикидывал, что надо сделать. Легко сказать – выполню. А как? Это не поход в подпол за картошкой.

– Мне кое‑что необходимо.

– Все, что в наших силах.

Сил у регионального комиссара много, да плюс возможности силовых ведомств. Он и дивизию мне подкинет на усиление, и авиаполк…

– Первое – данные. Карты того района, желательно свежие. Аэрофотосъемка. Наиболее точная информация о боевиках.

– Не вопрос. Кроме карт, можем предоставить фотографии со спутников. – Заметив мой взгляд, Дорич пояснил: – По нашему заказу со вчерашнего дня с орбитальной станции и пяти спутников постоянно ведется съемка нужного района.

– Отлично. Дальше – взвод Караджича в мое распоряжение.

– Хорошо.

– Транспорт – джипы. Новые радиостанции. Бронегруппа. Лучше армейская. Они встанут на границе, будут ждать моей команды. Два звена вертолетов.

– Артиллерия?

– Нет. Для работы им нужна пристрелка, иначе шарахнут не туда. Пока корректировщик даст поправку, пока опять ударят… Может выйти так, что у меня не будет времени ждать второго залпа. А «вертушки» имеют на вооружении новые высокоточные ракеты.

– Что еще?

– Нужны проверенные люди. Ваши люди. Они будут встречать меня на границе вместе с бронегруппой. Если я пойду обратно пешком. А если нет – звено Ми‑8.

– Ясно. Это все?

– Пока да. Сколько у меня времени?

– Двое суток. Столько дал бандит.

– Как хоть его зовут?

– Капрал.

Я окаменел.

«…Смотри. Стол у входа. – Ну. – Дрын, Капрал, Чарик. Люди Грава. – Откуда? – Арзан».

Я помнил разговор с Дижем. И лица названных бандитов помнил. Чарик погиб в Дологоне, Дрына я прибил в Прайде. А Капрал вот где всплыл. Выше среднего роста, плечистый, с короткими волосами. Шрам на шее. Как говорил Диж – Капрал не только кличка, но и звание боевика. Раньше Капрал служил в парашютном полку во французском иностранном легионе. А это значит – подготовка у него на хорошем уровне. Грав и его советники выбрали на роль приманки достойную кандидатуру.

– Ты что? – заметил мое состояние Дорич.

– Так… задумался.

– В общем, в курс дела я тебя ввел. Все необходимое ты получишь. Если что‑то будет нужно еще – скажи. Главное – захватить этого скота.

– Попробуем. Не хочу обещать, но сделаем все, что в наших силах.

Дорич встал. Молча пожал руку и пошел к выходу. Я проводил его и подошел к окну, глядя, как тот садится в машину.

«Не стал обещать наград и почестей. А ведь, по сути дела, я второй раз выручаю его. Значит, он дважды должник. Мог и намекнуть, что вернет долги сполна. Промолчал. К лучшему. Если молчит, значит, точно помнит. Не каждому выпадает шанс дважды оказывать услугу важному чиновнику. Такие, как Дорич, платят с лихвой. И никогда не забывают, кто помогал им…»

Я сел за стол, открыл файл с картой Зоны, нашел место предполагаемой встречи. Обвел кружком и стал прикидывать план действий. Предстояло сунуть голову в пасть зверю. И вытащить кусок мяса. Звери в таких случаях звереют и отгрызают голову отважному психу. А я должен сберечь и себя, и мясо. Непременно…

«Почему он все‑таки не использовал других спецов? Ведь мог… Значит, ему очень нужно, чтобы в столь деликатном и важном деле сработало его подразделение. Чтобы там, на самом верху, знали: региональный комиссар держит руку на пульсе и способен влиять на события так, как ему надо. В противном случае в Зоне уже действовал бы спецназ…»